20 июня 2026 года началась приемная кампания в вузы. О том, чем православное образование отличается от светского, сколько баллов ЕГЭ нужно для поступления, куда уходят работать выпускники и почему искусственный интеллект для университета — не угроза, а новый инструмент, рассказал в интервью ТАСС ректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (ПСТГУ) епископ Егорьевский Мефодий (Зинковский).
— Владыка, первый вопрос, который возникает: в чем разница между православным высшим образованием и светским?
— Я бы не стал их противопоставлять. Я бы только сказал, что православный университет позволяет создать некоторое дополнительное измерение во взгляде на образование. Посмотреть на человека не только как на профессионала, хотя для нас это тоже важно, но и посмотреть на него как на личность, как на того, кто в будущем будет принимать те или иные решения, кто способен анализировать информацию, принимать серьезные стратегические векторы развития, думать объемно.
— Какие цели ставят ваши абитуриенты, какие задачи и какие у них баллы по ЕГЭ?
— Наши абитуриенты разные. Средний балл по ЕГЭ по одному предмету в прошлом году составил 77 баллов, хотя у нас есть и стобалльники. В прошлом году к нам поступило пять человек стобалльников по отдельным предметам. Цели у них разные, поскольку у нас разные факультеты, далеко не только чисто церковные: есть и филологи, и историки, и даже айтишники. Поэтому их цель — получить прежде всего хорошее образование, но одновременно большая часть из них — люди, с уважением относящиеся к православию. Кто-то из них воцерковлен, кто-то меньше воцерковлен, но та среда, атмосфера — образовательная, академическая, человеческая, университетская — позволяет им развиваться не только профессионально, но и по-человечески, гуманитарно, становиться людьми более объемного взгляда. Об этом, кстати, говорил еще в свое время [академик] Пирогов. Хотя в середине XIX века степень узости специализации была гораздо меньше, но он уже тогда ставил вопрос о возможности универсальности знания для специалистов.
— Довольно парадоксальный вопрос, но, предположим, существует атеист, но он ищущий. И он хочет поступить в ПСТГУ. Может ли атеист поступить?
— Вполне. Мы будем рады, если человек с уважением относится к традиционным ценностям: христианству, православию, церкви. Ищущие люди нам интересны. У нас есть люди, которые крестились в процессе обучения, но это было их личное желание, а отнюдь не манипуляционные системы и методы; это было добровольное решение в процессе обучения.
— Они были атеистами или представители других конфессий?
— Это были люди, скажем так, не сильно заинтересованные в духовной жизни, но пришедшие к определенным выводам в процессе обучения в свободном формате, когда мы ни на кого давление не оказываем, позволяем получить образование наряду со свободным предоставлением информации о церкви, о православии, христианстве, о наших ценностях.
— Какой у вас конкурс? Растет ли он?
— Конкурс растет. Четыре года назад к нам поступало 700 человек, в прошлом году — тысяча человек. Но мы не всех берем. В прошлом году мы взяли 300 человек на первые курсы.
— Если посмотреть простым взглядом, человек увидит — ПСТГУ, православное высшее образование. И у него может возникнуть мысль, что там есть правила. Например, нужно молиться или поститься обязательно. Есть ли что-то подобное в вузе?
— У нас есть общие правила поведения, как в любом университете, которые требуют уважения к тем, кто учится вместе с тобой, к преподавателям, к определенным традиционным ценностям. Но навязывания поста или молитвы у нас нет. Это свободный выбор студента, хотя мы предлагаем эту возможность и само расписание составлено так, что удобнее совмещать духовную жизнь с образованием. Например, мы учитываем постоянно православные праздники и церковный календарь.
— Есть ли стипендии у студентов?
— Стипендии есть. У нас есть Свято-Тихоновский фонд, который работает над тем, чтобы создать возможность даже для внебюджетников получать образование либо со скидками, либо на полном обеспечении, если это талантливые ребята, особенно, может быть, из многодетных или социально невысокопоставленных семей.
— А какие-то ежемесячные выплаты?
— [Размер] варьируется в зависимости от успеваемости студента. Может быть от 10 тыс. до 20 тыс. рублей, в зависимости от успехов. Но может быть и меньше.
— Может возникнуть ощущение, что после православного вуза нужно идти в священники. Или в какую-то сферу, где присутствует церковь. Так ли это?
— Нет, это не так. Можно идти в церковь, но можно идти и в другие сферы. И срез занятости наших выпускников показывает, что около 40% заняты в сфере образования, и не только православного образования, и не только в православных школах. Около 25% работают в церковных структурах, остальные в СМИ, в различных государственных учреждениях, и достаточно большая вариативность здесь.
— Как вы оцениваете качество православного образования сейчас, в том числе и светского? На каком уровне и то, и другое сейчас находятся?
— Я бы так сказал, что образование с точки зрения православия — это прежде всего возрождение в человеке образа Божия. Поэтому светское образование в целом имеет высокий уровень в нашей стране, слава Богу. Но остаются проблемы, которые носят гуманитарный, человеческий характер. И с нашей точки зрения, православное образование дает дополнительные возможности для позиционирования человека в сложном мире, для того чтобы идеи Пирогова и других наших мыслителей о саморазвитии личности человека реализовать. Мы закладываем идею, как, в принципе, и в лучших университетах всего мира, что мы учим учиться, учим думать, учим анализировать и принимать решения — то, что в будущем нужно будет нашим выпускникам. Поэтому общий уровень образования в Свято-Тихоновском университете считается достаточно высоким.
Мы разговаривали с представителями администрации президента, и наши преподаватели, профессора входят в экспертные советы ВАК (Высшая аттестационная комиссия — прим. ТАСС). У нас достаточно высокий уровень бюджетных мест, у нас самый высокий уровень по частным высшим учебным заведениям — 255 мест нам выделено в этом году. И в этом смысле мы имеем и хорошую образовательную среду, и научную школу. У нас достаточно много защищается докторов и кандидатов, не только по богословию, но и по филологии наши защиты бывают совместными, в том числе с МГУ у нас совместные программы.
— Как строится программа обучения в ПСТГУ и соблюдается ли образовательный государственный стандарт?
— Обязательно соблюдается. Мы выполняем все требования Министерства науки и высшего образования, и для нас это просто норма бытия — соблюдать эти стандарты. Поэтому наше построение такое: мы задаем высокий уровень для наших студентов по общим знаниям, по специализации, но при этом предоставляем возможность развиваться духовно.
— Вопрос к вам как к ректору. Сейчас существует — для кого проблема, для кого нет — искусственный интеллект. Он может и домашнее задание помочь сделать, и диплом написать. Есть ли такая проблема в ПСТГУ? И вообще проблема ли это? Решается ли она как-то?
— Это и проблема, и вызов, и задача, и возможность современного мира. Мы смотрим на это как на дополнительный инструмент. Искусственный интеллект для нас, как и для всех современных образованных людей, — это новые возможности, которые, однако, требуют ответственности. Естественно, мы ни в коем случае не стимулируем использование его вместо собственного ума. Есть такой соблазн, [когда] он написал за вас текст, чуть-чуть его подкорректировать и сдать. Мы как раз учим ответственному отношению к этому инструменту, чтобы он помогал в образовательном процессе, но при этом человека искусственный интеллект не заменит. Принятие решений, стратегическое, контекстуальное видение проблем — это задачи, которые останутся за человеком. И мы в этом смысле надеемся дать нашим студентам в гуманитарном смысле некие дополнительные способности и экспертизу, чтобы они могли, пользуясь современными технологиями, при этом оставаться людьми ответственными и высокомыслящими.
— Студент приносит диплом, полностью написанный искусственным интеллектом. Отчисляем или нет?
— Скорее всего, даем возможность переосмыслить свою деятельность и подать новый вариант. Но если он не будет исправляться, придется отчислять.
— Я недавно общался с одним священником, и он мне сказал такую вещь, что священники должны быть крайне образованны, потому что они общаются с людьми из разных сфер, и до каждого нужно донести Христа, чтобы [каждый] понял в первую очередь. Нужно ли священникам высшее образование?
— Несомненно. С одной стороны, у нас сейчас требования Церкви, чтобы все священники имели высшее образование. Семинарии, духовные академии дают такую возможность; Свято-Тихоновский университет, со своей стороны, готовит не только священников, но и дает возможность получить пастырское образование для будущего священнослужения. Такие люди высокого уровня образования действительно нужны, потому что они работают с людьми, им нужно понимать людей современных. Во время советского государства как можно больше снижали уровень образования священников, низводя семинарию примерно на уровень ПТУ. Свято-Тихоновский университет не семинария, но у нас есть пастырское отделение. Мы за высокое образование для всех наших студентов, и в том числе для будущих пастырей.
— И финальный, но, наверное, главный вопрос: кому нужно православное образование?
— Я бы сказал, оно нужно всем, поскольку оно дает возможность видеть мир более целостно. Оно призвано выполнить задачи университета в высшем смысле этого слова. Ведь университет задуман как целостное видение мира, и то, о чем думали Пирогов, Ломоносов и другие основатели нашей высшей школы, мыслители и педагоги, — они, можно сказать, и для нас сейчас являются некими ориентирами. Поэтому если православное образование даст такие возможности нашим будущим гражданам, где бы они ни были задействованы во славу Отечества и нашего благобытия и благополучия будущего, то мы будем очень рады. Поэтому, естественно, мы не можем сказать, что человек, получивший светское образование, будет стоять для нас ниже, чем выпускник православного университета. Но мы видим те задачи, которые стоят перед православным университетом: задавать высокую планку для студентов и вообще быть участниками общих процессов — и научных, и образовательных, и социальных. И наши студенты показывают активное участие в жизни общества после выпуска из нашего университета.
Михаил Климовский
